Саморегулируемая организация Ассоциация «Строители Республики Бурятия» (СРО АСРБ, СРО-С-281-20062017) заявляла, что спорные договоры были заключены неконкурентным способом, однако Фемида отвергла этот довод. С подробностями – наш добровольный эксперт из Улан-Удэ.
***
Весной 2023 года по итогам электронного аукциона Некоммерческий фонд капитального ремонта общего имущества в многоквартирных домах Республики Бурятия заключил с Обществом с ограниченной ответственностью «Зама» первый из четырёх договоров на ремонт многоквартирных домов в Улан-Удэ. По этому договору подрядчик принял обязательство отремонтировать крыши и системы электроснабжения сразу семи домов, расположенных в столице региона на улице Иванова. Спустя три с половиной месяца стороны подписали второй договор, а в течение 2024 года те же лица заключили и ещё два контракта.
Ни по одному из договоров ООО «Зама» в установленные сроки не уложилось. Фонд в мае 2024 года направил компании претензии, но Общество их проигнорировало. Поэтому вскоре заказчик обратился в Арбитражный суд Республики Бурятия с иском к предприятию о взыскании неустойки.
Изначально исковые требования были заявлены на 1.179.236 рублей 49 копеек, но позже с учётом актуальной ставки Центрального Банка РФ они были уменьшены до 870.388 рублей 84 копеек. Соответчиком по иску была указана СРО АСРБ, поскольку именно в этой саморегулируемой организации состоял подрядчик в момент заключения четырёх договоров.
В ходе процесса разгорелся скандал, связанный с подделкой документов. Директор ООО «Зама» заявил о фальсификации представленных истцом актов о готовности к предъявлению комиссии по приёмке от 24 октября 2024 года – четырёх документов, которые должны были подтверждать своевременное уведомление Фонда о завершении работ. Истец в ответ сам ходатайствовал об удалении этих актов из числа доказательств, после чего суд их исключил. Обстоятельство это, однако, на исходе спора никак не сказалось.
При слушании дела № А10-2857/2025 подрядчик настаивал на том, что допустил просрочку из-за неблагоприятных погодных условий (низкие температуры, порывы ветра и дожди) и связанных с ними ограничениями, которые запрещают малярные работы при температуре ниже +10 °C и монтаж на высоте при ветре свыше 6 м/с. Суд отверг этот довод, поскольку указанные погодные явления в Улан-Удэ осенью и зимой вполне ожидаемы, и при заключении договора подрядчик принял на себя ответственность за организацию работ в соответствующих условиях. Кроме того, ни одного уведомления о приостановке работ из-за погоды в адрес Фонда направлено не было – все ссылки на неблагоприятные обстоятельства появились в переписке уже после завершения и приёмки работ, то есть исключительно в контексте возникшего спора о неустойке.
Далее ответчик заявил, что из периода просрочки следует исключить время, в течение которого Фонд осуществлял приёмку. Арбитраж отклонил этот довод со ссылкой на правовую позицию Верховного Суда Рф, изложенную в определении от 15 октября 2019 года № 305-ЭС19-12786: срок выполнения работ и срок их приёмки являются самостоятельными договорными категориями, ответственность за которые лежит на разных сторонах.
Вместе с тем суд исключил из расчёта неустойки заказчиком отдельные периоды, в течение которых заказчик проводил комиссионную проверку. В результате сумма неустойки снизилась до 866.142 рубля 30 копеек.
Позиция саморегулируемой организации строилась на двух тезисах. Во-первых, Ассоциация утверждала, что статья 60.1 Градостроительного кодекса РФ о субсидиарной ответственности СРО применима только тогда, когда договор заключён с использованием конкурентных способов. Все четыре спорных договора подписаны с единственным участником аукциона, что, по мнению Ассоциации, было равнозначно закупке у единственного поставщика.
Фемида сочла этот довод несостоятельным: законодательство чётко разграничивает ситуацию, при которой аукцион признаётся несостоявшимся и договор заключается в особом порядке (пункт 167 Положения по постановлению Правительства РФ № 615), и ситуацию, при которой аукцион состоялся, но в нём участвовал единственный претендент, чья заявка была признана соответствующей требованиям (пункт 154, 165 Положения). В этом споре договоры заключены именно по второму основанию, и этот факт опровергал позицию СРО. Что означает, что положения статьи 60.1 ГрК РФ к обстоятельствам возникшего спора применимы, и СРО несёт субсидиарную ответственность по обязательствам своего участника.
Ассоциация оспаривала возможность взыскания с неё расходов по государственной пошлине, указывая, что статья 55.16 ГрК РФ устанавливает исчерпывающий перечень случаев выплат из компенсационного фонда, и госпошлина туда не входит. Суд и этот аргумент парировал: статья 60.1 ГрК РФ прямо предусматривает взыскание судебных расходов в рамках субсидиарной ответственности.
Размер компенсационного фонда обеспечения договорных обязательств СРО АСРБ на 1 января 2026 года составлял 94.557.451 рубль – сумма, более чем достаточная для покрытия исковых требований. В итоге суд взыскал с ООО «Зама» неустойку в размере 866.142 рубля 30 копеек, а при недостаточности у него денежных средств – субсидиарно с саморегулируемой организации.
Полный текст решения изготовлен 26 марта, и на момент написания статьи ни один из ответчиков вынесенный вердикт не обжаловал.
Арбитраж привлёк СРО из Бурятии к субсидиарной ответственности по обязательствам её медлительного подрядчика
Саморегулируемая организация Ассоциация «Строители Республики Бурятия» (СРО АСРБ, СРО-С-281-20062017) заявляла, что спорные договоры были заключены неконкурентным способом, однако Фемида отвергла этот довод. С подробностями – наш добровольный эксперт из Улан-Удэ.
***
Весной 2023 года по итогам электронного аукциона Некоммерческий фонд капитального ремонта общего имущества в многоквартирных домах Республики Бурятия заключил с Обществом с ограниченной ответственностью «Зама» первый из четырёх договоров на ремонт многоквартирных домов в Улан-Удэ. По этому договору подрядчик принял обязательство отремонтировать крыши и системы электроснабжения сразу семи домов, расположенных в столице региона на улице Иванова. Спустя три с половиной месяца стороны подписали второй договор, а в течение 2024 года те же лица заключили и ещё два контракта.
Ни по одному из договоров ООО «Зама» в установленные сроки не уложилось. Фонд в мае 2024 года направил компании претензии, но Общество их проигнорировало. Поэтому вскоре заказчик обратился в Арбитражный суд Республики Бурятия с иском к предприятию о взыскании неустойки.
Изначально исковые требования были заявлены на 1.179.236 рублей 49 копеек, но позже с учётом актуальной ставки Центрального Банка РФ они были уменьшены до 870.388 рублей 84 копеек. Соответчиком по иску была указана СРО АСРБ, поскольку именно в этой саморегулируемой организации состоял подрядчик в момент заключения четырёх договоров.
В ходе процесса разгорелся скандал, связанный с подделкой документов. Директор ООО «Зама» заявил о фальсификации представленных истцом актов о готовности к предъявлению комиссии по приёмке от 24 октября 2024 года – четырёх документов, которые должны были подтверждать своевременное уведомление Фонда о завершении работ. Истец в ответ сам ходатайствовал об удалении этих актов из числа доказательств, после чего суд их исключил. Обстоятельство это, однако, на исходе спора никак не сказалось.
При слушании дела № А10-2857/2025 подрядчик настаивал на том, что допустил просрочку из-за неблагоприятных погодных условий (низкие температуры, порывы ветра и дожди) и связанных с ними ограничениями, которые запрещают малярные работы при температуре ниже +10 °C и монтаж на высоте при ветре свыше 6 м/с. Суд отверг этот довод, поскольку указанные погодные явления в Улан-Удэ осенью и зимой вполне ожидаемы, и при заключении договора подрядчик принял на себя ответственность за организацию работ в соответствующих условиях. Кроме того, ни одного уведомления о приостановке работ из-за погоды в адрес Фонда направлено не было – все ссылки на неблагоприятные обстоятельства появились в переписке уже после завершения и приёмки работ, то есть исключительно в контексте возникшего спора о неустойке.
Далее ответчик заявил, что из периода просрочки следует исключить время, в течение которого Фонд осуществлял приёмку. Арбитраж отклонил этот довод со ссылкой на правовую позицию Верховного Суда Рф, изложенную в определении от 15 октября 2019 года № 305-ЭС19-12786: срок выполнения работ и срок их приёмки являются самостоятельными договорными категориями, ответственность за которые лежит на разных сторонах.
Вместе с тем суд исключил из расчёта неустойки заказчиком отдельные периоды, в течение которых заказчик проводил комиссионную проверку. В результате сумма неустойки снизилась до 866.142 рубля 30 копеек.
Позиция саморегулируемой организации строилась на двух тезисах. Во-первых, Ассоциация утверждала, что статья 60.1 Градостроительного кодекса РФ о субсидиарной ответственности СРО применима только тогда, когда договор заключён с использованием конкурентных способов. Все четыре спорных договора подписаны с единственным участником аукциона, что, по мнению Ассоциации, было равнозначно закупке у единственного поставщика.
Фемида сочла этот довод несостоятельным: законодательство чётко разграничивает ситуацию, при которой аукцион признаётся несостоявшимся и договор заключается в особом порядке (пункт 167 Положения по постановлению Правительства РФ № 615), и ситуацию, при которой аукцион состоялся, но в нём участвовал единственный претендент, чья заявка была признана соответствующей требованиям (пункт 154, 165 Положения). В этом споре договоры заключены именно по второму основанию, и этот факт опровергал позицию СРО. Что означает, что положения статьи 60.1 ГрК РФ к обстоятельствам возникшего спора применимы, и СРО несёт субсидиарную ответственность по обязательствам своего участника.
Ассоциация оспаривала возможность взыскания с неё расходов по государственной пошлине, указывая, что статья 55.16 ГрК РФ устанавливает исчерпывающий перечень случаев выплат из компенсационного фонда, и госпошлина туда не входит. Суд и этот аргумент парировал: статья 60.1 ГрК РФ прямо предусматривает взыскание судебных расходов в рамках субсидиарной ответственности.
Размер компенсационного фонда обеспечения договорных обязательств СРО АСРБ на 1 января 2026 года составлял 94.557.451 рубль – сумма, более чем достаточная для покрытия исковых требований. В итоге суд взыскал с ООО «Зама» неустойку в размере 866.142 рубля 30 копеек, а при недостаточности у него денежных средств – субсидиарно с саморегулируемой организации.
Полный текст решения изготовлен 26 марта, и на момент написания статьи ни один из ответчиков вынесенный вердикт не обжаловал.
***
Весной 2023 года по итогам электронного аукциона Некоммерческий фонд капитального ремонта общего имущества в многоквартирных домах Республики Бурятия заключил с Обществом с ограниченной ответственностью «Зама» первый из четырёх договоров на ремонт многоквартирных домов в Улан-Удэ. По этому договору подрядчик принял обязательство отремонтировать крыши и системы электроснабжения сразу семи домов, расположенных в столице региона на улице Иванова. Спустя три с половиной месяца стороны подписали второй договор, а в течение 2024 года те же лица заключили и ещё два контракта.
Ни по одному из договоров ООО «Зама» в установленные сроки не уложилось. Фонд в мае 2024 года направил компании претензии, но Общество их проигнорировало. Поэтому вскоре заказчик обратился в Арбитражный суд Республики Бурятия с иском к предприятию о взыскании неустойки.
Изначально исковые требования были заявлены на 1.179.236 рублей 49 копеек, но позже с учётом актуальной ставки Центрального Банка РФ они были уменьшены до 870.388 рублей 84 копеек. Соответчиком по иску была указана СРО АСРБ, поскольку именно в этой саморегулируемой организации состоял подрядчик в момент заключения четырёх договоров.
В ходе процесса разгорелся скандал, связанный с подделкой документов. Директор ООО «Зама» заявил о фальсификации представленных истцом актов о готовности к предъявлению комиссии по приёмке от 24 октября 2024 года – четырёх документов, которые должны были подтверждать своевременное уведомление Фонда о завершении работ. Истец в ответ сам ходатайствовал об удалении этих актов из числа доказательств, после чего суд их исключил. Обстоятельство это, однако, на исходе спора никак не сказалось.
При слушании дела № А10-2857/2025 подрядчик настаивал на том, что допустил просрочку из-за неблагоприятных погодных условий (низкие температуры, порывы ветра и дожди) и связанных с ними ограничениями, которые запрещают малярные работы при температуре ниже +10 °C и монтаж на высоте при ветре свыше 6 м/с. Суд отверг этот довод, поскольку указанные погодные явления в Улан-Удэ осенью и зимой вполне ожидаемы, и при заключении договора подрядчик принял на себя ответственность за организацию работ в соответствующих условиях. Кроме того, ни одного уведомления о приостановке работ из-за погоды в адрес Фонда направлено не было – все ссылки на неблагоприятные обстоятельства появились в переписке уже после завершения и приёмки работ, то есть исключительно в контексте возникшего спора о неустойке.
Далее ответчик заявил, что из периода просрочки следует исключить время, в течение которого Фонд осуществлял приёмку. Арбитраж отклонил этот довод со ссылкой на правовую позицию Верховного Суда Рф, изложенную в определении от 15 октября 2019 года № 305-ЭС19-12786: срок выполнения работ и срок их приёмки являются самостоятельными договорными категориями, ответственность за которые лежит на разных сторонах.
Вместе с тем суд исключил из расчёта неустойки заказчиком отдельные периоды, в течение которых заказчик проводил комиссионную проверку. В результате сумма неустойки снизилась до 866.142 рубля 30 копеек.
Позиция саморегулируемой организации строилась на двух тезисах. Во-первых, Ассоциация утверждала, что статья 60.1 Градостроительного кодекса РФ о субсидиарной ответственности СРО применима только тогда, когда договор заключён с использованием конкурентных способов. Все четыре спорных договора подписаны с единственным участником аукциона, что, по мнению Ассоциации, было равнозначно закупке у единственного поставщика.
Фемида сочла этот довод несостоятельным: законодательство чётко разграничивает ситуацию, при которой аукцион признаётся несостоявшимся и договор заключается в особом порядке (пункт 167 Положения по постановлению Правительства РФ № 615), и ситуацию, при которой аукцион состоялся, но в нём участвовал единственный претендент, чья заявка была признана соответствующей требованиям (пункт 154, 165 Положения). В этом споре договоры заключены именно по второму основанию, и этот факт опровергал позицию СРО. Что означает, что положения статьи 60.1 ГрК РФ к обстоятельствам возникшего спора применимы, и СРО несёт субсидиарную ответственность по обязательствам своего участника.
Ассоциация оспаривала возможность взыскания с неё расходов по государственной пошлине, указывая, что статья 55.16 ГрК РФ устанавливает исчерпывающий перечень случаев выплат из компенсационного фонда, и госпошлина туда не входит. Суд и этот аргумент парировал: статья 60.1 ГрК РФ прямо предусматривает взыскание судебных расходов в рамках субсидиарной ответственности.
Размер компенсационного фонда обеспечения договорных обязательств СРО АСРБ на 1 января 2026 года составлял 94.557.451 рубль – сумма, более чем достаточная для покрытия исковых требований. В итоге суд взыскал с ООО «Зама» неустойку в размере 866.142 рубля 30 копеек, а при недостаточности у него денежных средств – субсидиарно с саморегулируемой организации.
Полный текст решения изготовлен 26 марта, и на момент написания статьи ни один из ответчиков вынесенный вердикт не обжаловал.