Ассоциация «Саморегулируемая организация «СредВолгСтрой» (Ассоциация «СРО «СВС», СРО-С-027-12082009) за счёт компенсационного фонда обеспечения договорных обязательств должна погасить заказчику не отработанный её участником многомиллионный аванс. С подробностями – наш добровольный эксперт из Самары.
***
Осенью 2023 года Акционерное общество «Транснефть – Приволга» по итогам редукциона заключило с Обществом с ограниченной ответственностью СЗ «МБК-Строй» контракт на строительство площадки насосных агрегатов на нефтепроводе «Красноармейск – Саратовский НПЗ». Цена контракта составила 246.941.126 рублей 69 копеек.
В ноябре и декабре 2023 года заказчик двумя платёжными поручениями перечислил Обществу аванс в размере 72.931.755 рублей 60 копеек. Работы следовало завершить не позднее 1 августа 2024 года, однако подрядчик по своей вине сорвал график более, чем на 30 календарных дней.
За просрочку месячного объёма работ заказчик 24 июня 2024 года направил контрагенту претензию об уплате неустойки в размере 104.872 рубля 54 копейки, которую подрядчик получил на следующий день и оставил без удовлетворения. Затем 16 августа 2024 года заказчик заявил об одностороннем отказе от контракта и потребовал от «МБК-Строй» вернуть неотработанный аванс.
Общество средства не возвратило, поэтому заказчик потребовал предельные суммы по банковским гарантиям, после чего банк ВТБ перечислил нефтяной компании 48.596.859 рублей 81 копейку. Вступившим в силу решением от 28 января 2026 года по делу № А55-803/2025 с подрядчика взыскали ещё 23.874.518 рублей 05 копеек неотработанного аванса, но это решение также исполнено не было. Позднее часть долга в сумме 2.426.620 рублей 72 копейки была погашена сальдированием, и в итоге подрядчик остался должен контрагенту 21.447.897 рублей 33 копейки аванса и 104.872 рубля 54 копейки неустойки, что в сумме составило 21.552.769 рублей 87 копеек.
С 1 сентября 2023 года по 26 декабря 2024-го подрядчик состоял в СРО «СредВолгСтрой», поэтому 29 ноября 2024 года и 9 февраля 2026-го заказчик направил профессиональному объединению требования о компенсационной выплате. Оба они остались без удовлетворения, и тогда заказчик обратился в Арбитражный суд Самарской области с иском о привлечении Ассоциации к субсидиарной ответственности. Третьими лицами к делу были привлечены подрядчик и Национальное объединение строителей.
Изучив материалы дела № А55-9751/2026, Фемида указала, что, в силу пункта 1 части 1 статьи 60.1 Градостроительного кодекса РФ, при неисполнении членом СРО обязательств по договору строительного подряда, заключённому с использованием конкурентных способов, субсидиарную ответственность несёт саморегулируемая организация в пределах одной четвёртой доли средств компенсационного фонда обеспечения договорных обязательств. Условием служит членство подрядчика в СРО на момент заключения договора, а по части 5 той же статьи реальный ущерб и неустойка взыскиваются в судебном порядке.
Возражая против иска, Ассоциация заявила, что объект не является объектом капитального строительства. Суд отверг этот довод, указав, что проектная документация получила положительное заключение Главгосэкспертизы от 17 июня 2020 года с видом объекта «объект капитального строительства производственного назначения», а разрешение на строительство выдано 25 ноября 2022 года Администрацией Красноармейского района Саратовской области. Проект, к тому же, предусматривает новые здания и сооружения, в том числе магистральную насосную станцию на открытой площадке и эстакаду, поэтому объект полностью подпадает под определение из пункта 10 статьи 1 ГрК РФ.
Ассоциация и НОСТРОЙ совместно настаивали на том, что контракт заключён неконкурентным способом. Арбитраж парировал этот довод тем, что извещение о редукционе было размещено на площадке ЗАО «Сбербанк АСТ». Поэтому любой профессиональный участник рынка мог направить своё ценовое предложение заказчику, а победитель определялся по наименьшей цене, что сопоставимо с аукционом на понижение цены. Заключение контракта с единственным участником редукциона суд расценил как вариант завершения конкурентной процедуры, а не как закупку у единственного поставщика.
Ответчик указывал и на то, что закупку можно было провести закрытым конкурентным способом, а ещё сослался на письмо Самарского Управления ФАС России от 25 марта 2026 года о редукционе. Суд счёл первый довод несостоятельным, поскольку закрытая закупка по положению ПАО «Транснефть» проводится лишь при сведениях, составляющих государственную тайну, или по специальному решению Правительства РФ, и таких оснований здесь нет. Письмо же написано в ответ на индивидуальный запрос и нормативного характера не носит.
Возражая против взыскания неустойки, Ассоциация заявила, что пени не подлежат возмещению за счёт СРО. Фемида отвергла и этот довод, поскольку заказчик требовал именно неустойку, а понятие неустойки в статье 60.1 ГрК РФ в связи со статьёй 330 Гражданского кодекса РФ охватывает как пени за каждый день просрочки, так и штраф. Позиция ответчика, по оценке суда, нарушает существо регулирования и не отвечает целям статьи 60.1.
НОСТРОЙ, в свою очередь, настаивал, что истец не доказал наличие у подрядчика на момент заключения контракта специалистов по организации строительства из Национального реестра. Суд удовлетворил его ходатайство об истребовании сведений в налоговой инспекции № 24 по Самарской области, однако довод всё равно отклонил. Статьи 55.16 и 60.1 ГрК РФ, как и статья 399 ГК РФ, не связывают обращение к СРО с подтверждением специальной правосубъектности подрядчика, а наличие таких специалистов является условием членства по положению самой Ассоциации. На её же сайте отражено право подрядчика вести работы на объектах капитального строительства, включая особо опасные, технически сложные и уникальные.
Наконец, арбитраж напомнил, что статья 399 ГК РФ не требует доказывать невозможность взыскания с основного должника. Банкротство подрядчика, признанного таковым решением от 9 декабря 2024 года по делу № А55-34349/2024, уже говорит об отсутствии денег для расчёта с кредитором.
В итоге Фемида решила, что заявленное требование не превышает лимит ответственности СРО, истец доказал свои доводы, а ответчик их не опроверг. Поэтому иск был удовлетворён судом полностью, с Ассоциации за счёт КФ ОДО в порядке субсидиарной ответственности в пользу заказчика взыскано 21.552.769 рублей 87 копеек. Ни одна из сторон процесса вердикт оспаривать не стала, и он уже вступил в законную силу.
Фемида обязала самарскую СРО возвратить компании из группы «Транснефти» неотработанный подрядчиком-банкротом крупный аванс
Ассоциация «Саморегулируемая организация «СредВолгСтрой» (Ассоциация «СРО «СВС», СРО-С-027-12082009) за счёт компенсационного фонда обеспечения договорных обязательств должна погасить заказчику не отработанный её участником многомиллионный аванс. С подробностями – наш добровольный эксперт из Самары.
***
Осенью 2023 года Акционерное общество «Транснефть – Приволга» по итогам редукциона заключило с Обществом с ограниченной ответственностью СЗ «МБК-Строй» контракт на строительство площадки насосных агрегатов на нефтепроводе «Красноармейск – Саратовский НПЗ». Цена контракта составила 246.941.126 рублей 69 копеек.
В ноябре и декабре 2023 года заказчик двумя платёжными поручениями перечислил Обществу аванс в размере 72.931.755 рублей 60 копеек. Работы следовало завершить не позднее 1 августа 2024 года, однако подрядчик по своей вине сорвал график более, чем на 30 календарных дней.
За просрочку месячного объёма работ заказчик 24 июня 2024 года направил контрагенту претензию об уплате неустойки в размере 104.872 рубля 54 копейки, которую подрядчик получил на следующий день и оставил без удовлетворения. Затем 16 августа 2024 года заказчик заявил об одностороннем отказе от контракта и потребовал от «МБК-Строй» вернуть неотработанный аванс.
Общество средства не возвратило, поэтому заказчик потребовал предельные суммы по банковским гарантиям, после чего банк ВТБ перечислил нефтяной компании 48.596.859 рублей 81 копейку. Вступившим в силу решением от 28 января 2026 года по делу № А55-803/2025 с подрядчика взыскали ещё 23.874.518 рублей 05 копеек неотработанного аванса, но это решение также исполнено не было. Позднее часть долга в сумме 2.426.620 рублей 72 копейки была погашена сальдированием, и в итоге подрядчик остался должен контрагенту 21.447.897 рублей 33 копейки аванса и 104.872 рубля 54 копейки неустойки, что в сумме составило 21.552.769 рублей 87 копеек.
С 1 сентября 2023 года по 26 декабря 2024-го подрядчик состоял в СРО «СредВолгСтрой», поэтому 29 ноября 2024 года и 9 февраля 2026-го заказчик направил профессиональному объединению требования о компенсационной выплате. Оба они остались без удовлетворения, и тогда заказчик обратился в Арбитражный суд Самарской области с иском о привлечении Ассоциации к субсидиарной ответственности. Третьими лицами к делу были привлечены подрядчик и Национальное объединение строителей.
Изучив материалы дела № А55-9751/2026, Фемида указала, что, в силу пункта 1 части 1 статьи 60.1 Градостроительного кодекса РФ, при неисполнении членом СРО обязательств по договору строительного подряда, заключённому с использованием конкурентных способов, субсидиарную ответственность несёт саморегулируемая организация в пределах одной четвёртой доли средств компенсационного фонда обеспечения договорных обязательств. Условием служит членство подрядчика в СРО на момент заключения договора, а по части 5 той же статьи реальный ущерб и неустойка взыскиваются в судебном порядке.
Возражая против иска, Ассоциация заявила, что объект не является объектом капитального строительства. Суд отверг этот довод, указав, что проектная документация получила положительное заключение Главгосэкспертизы от 17 июня 2020 года с видом объекта «объект капитального строительства производственного назначения», а разрешение на строительство выдано 25 ноября 2022 года Администрацией Красноармейского района Саратовской области. Проект, к тому же, предусматривает новые здания и сооружения, в том числе магистральную насосную станцию на открытой площадке и эстакаду, поэтому объект полностью подпадает под определение из пункта 10 статьи 1 ГрК РФ.
Ассоциация и НОСТРОЙ совместно настаивали на том, что контракт заключён неконкурентным способом. Арбитраж парировал этот довод тем, что извещение о редукционе было размещено на площадке ЗАО «Сбербанк АСТ». Поэтому любой профессиональный участник рынка мог направить своё ценовое предложение заказчику, а победитель определялся по наименьшей цене, что сопоставимо с аукционом на понижение цены. Заключение контракта с единственным участником редукциона суд расценил как вариант завершения конкурентной процедуры, а не как закупку у единственного поставщика.
Ответчик указывал и на то, что закупку можно было провести закрытым конкурентным способом, а ещё сослался на письмо Самарского Управления ФАС России от 25 марта 2026 года о редукционе. Суд счёл первый довод несостоятельным, поскольку закрытая закупка по положению ПАО «Транснефть» проводится лишь при сведениях, составляющих государственную тайну, или по специальному решению Правительства РФ, и таких оснований здесь нет. Письмо же написано в ответ на индивидуальный запрос и нормативного характера не носит.
Возражая против взыскания неустойки, Ассоциация заявила, что пени не подлежат возмещению за счёт СРО. Фемида отвергла и этот довод, поскольку заказчик требовал именно неустойку, а понятие неустойки в статье 60.1 ГрК РФ в связи со статьёй 330 Гражданского кодекса РФ охватывает как пени за каждый день просрочки, так и штраф. Позиция ответчика, по оценке суда, нарушает существо регулирования и не отвечает целям статьи 60.1.
НОСТРОЙ, в свою очередь, настаивал, что истец не доказал наличие у подрядчика на момент заключения контракта специалистов по организации строительства из Национального реестра. Суд удовлетворил его ходатайство об истребовании сведений в налоговой инспекции № 24 по Самарской области, однако довод всё равно отклонил. Статьи 55.16 и 60.1 ГрК РФ, как и статья 399 ГК РФ, не связывают обращение к СРО с подтверждением специальной правосубъектности подрядчика, а наличие таких специалистов является условием членства по положению самой Ассоциации. На её же сайте отражено право подрядчика вести работы на объектах капитального строительства, включая особо опасные, технически сложные и уникальные.
Наконец, арбитраж напомнил, что статья 399 ГК РФ не требует доказывать невозможность взыскания с основного должника. Банкротство подрядчика, признанного таковым решением от 9 декабря 2024 года по делу № А55-34349/2024, уже говорит об отсутствии денег для расчёта с кредитором.
В итоге Фемида решила, что заявленное требование не превышает лимит ответственности СРО, истец доказал свои доводы, а ответчик их не опроверг. Поэтому иск был удовлетворён судом полностью, с Ассоциации за счёт КФ ОДО в порядке субсидиарной ответственности в пользу заказчика взыскано 21.552.769 рублей 87 копеек. Ни одна из сторон процесса вердикт оспаривать не стала, и он уже вступил в законную силу.
***
Осенью 2023 года Акционерное общество «Транснефть – Приволга» по итогам редукциона заключило с Обществом с ограниченной ответственностью СЗ «МБК-Строй» контракт на строительство площадки насосных агрегатов на нефтепроводе «Красноармейск – Саратовский НПЗ». Цена контракта составила 246.941.126 рублей 69 копеек.
В ноябре и декабре 2023 года заказчик двумя платёжными поручениями перечислил Обществу аванс в размере 72.931.755 рублей 60 копеек. Работы следовало завершить не позднее 1 августа 2024 года, однако подрядчик по своей вине сорвал график более, чем на 30 календарных дней.
За просрочку месячного объёма работ заказчик 24 июня 2024 года направил контрагенту претензию об уплате неустойки в размере 104.872 рубля 54 копейки, которую подрядчик получил на следующий день и оставил без удовлетворения. Затем 16 августа 2024 года заказчик заявил об одностороннем отказе от контракта и потребовал от «МБК-Строй» вернуть неотработанный аванс.
Общество средства не возвратило, поэтому заказчик потребовал предельные суммы по банковским гарантиям, после чего банк ВТБ перечислил нефтяной компании 48.596.859 рублей 81 копейку. Вступившим в силу решением от 28 января 2026 года по делу № А55-803/2025 с подрядчика взыскали ещё 23.874.518 рублей 05 копеек неотработанного аванса, но это решение также исполнено не было. Позднее часть долга в сумме 2.426.620 рублей 72 копейки была погашена сальдированием, и в итоге подрядчик остался должен контрагенту 21.447.897 рублей 33 копейки аванса и 104.872 рубля 54 копейки неустойки, что в сумме составило 21.552.769 рублей 87 копеек.
С 1 сентября 2023 года по 26 декабря 2024-го подрядчик состоял в СРО «СредВолгСтрой», поэтому 29 ноября 2024 года и 9 февраля 2026-го заказчик направил профессиональному объединению требования о компенсационной выплате. Оба они остались без удовлетворения, и тогда заказчик обратился в Арбитражный суд Самарской области с иском о привлечении Ассоциации к субсидиарной ответственности. Третьими лицами к делу были привлечены подрядчик и Национальное объединение строителей.
Изучив материалы дела № А55-9751/2026, Фемида указала, что, в силу пункта 1 части 1 статьи 60.1 Градостроительного кодекса РФ, при неисполнении членом СРО обязательств по договору строительного подряда, заключённому с использованием конкурентных способов, субсидиарную ответственность несёт саморегулируемая организация в пределах одной четвёртой доли средств компенсационного фонда обеспечения договорных обязательств. Условием служит членство подрядчика в СРО на момент заключения договора, а по части 5 той же статьи реальный ущерб и неустойка взыскиваются в судебном порядке.
Возражая против иска, Ассоциация заявила, что объект не является объектом капитального строительства. Суд отверг этот довод, указав, что проектная документация получила положительное заключение Главгосэкспертизы от 17 июня 2020 года с видом объекта «объект капитального строительства производственного назначения», а разрешение на строительство выдано 25 ноября 2022 года Администрацией Красноармейского района Саратовской области. Проект, к тому же, предусматривает новые здания и сооружения, в том числе магистральную насосную станцию на открытой площадке и эстакаду, поэтому объект полностью подпадает под определение из пункта 10 статьи 1 ГрК РФ.
Ассоциация и НОСТРОЙ совместно настаивали на том, что контракт заключён неконкурентным способом. Арбитраж парировал этот довод тем, что извещение о редукционе было размещено на площадке ЗАО «Сбербанк АСТ». Поэтому любой профессиональный участник рынка мог направить своё ценовое предложение заказчику, а победитель определялся по наименьшей цене, что сопоставимо с аукционом на понижение цены. Заключение контракта с единственным участником редукциона суд расценил как вариант завершения конкурентной процедуры, а не как закупку у единственного поставщика.
Ответчик указывал и на то, что закупку можно было провести закрытым конкурентным способом, а ещё сослался на письмо Самарского Управления ФАС России от 25 марта 2026 года о редукционе. Суд счёл первый довод несостоятельным, поскольку закрытая закупка по положению ПАО «Транснефть» проводится лишь при сведениях, составляющих государственную тайну, или по специальному решению Правительства РФ, и таких оснований здесь нет. Письмо же написано в ответ на индивидуальный запрос и нормативного характера не носит.
Возражая против взыскания неустойки, Ассоциация заявила, что пени не подлежат возмещению за счёт СРО. Фемида отвергла и этот довод, поскольку заказчик требовал именно неустойку, а понятие неустойки в статье 60.1 ГрК РФ в связи со статьёй 330 Гражданского кодекса РФ охватывает как пени за каждый день просрочки, так и штраф. Позиция ответчика, по оценке суда, нарушает существо регулирования и не отвечает целям статьи 60.1.
НОСТРОЙ, в свою очередь, настаивал, что истец не доказал наличие у подрядчика на момент заключения контракта специалистов по организации строительства из Национального реестра. Суд удовлетворил его ходатайство об истребовании сведений в налоговой инспекции № 24 по Самарской области, однако довод всё равно отклонил. Статьи 55.16 и 60.1 ГрК РФ, как и статья 399 ГК РФ, не связывают обращение к СРО с подтверждением специальной правосубъектности подрядчика, а наличие таких специалистов является условием членства по положению самой Ассоциации. На её же сайте отражено право подрядчика вести работы на объектах капитального строительства, включая особо опасные, технически сложные и уникальные.
Наконец, арбитраж напомнил, что статья 399 ГК РФ не требует доказывать невозможность взыскания с основного должника. Банкротство подрядчика, признанного таковым решением от 9 декабря 2024 года по делу № А55-34349/2024, уже говорит об отсутствии денег для расчёта с кредитором.
В итоге Фемида решила, что заявленное требование не превышает лимит ответственности СРО, истец доказал свои доводы, а ответчик их не опроверг. Поэтому иск был удовлетворён судом полностью, с Ассоциации за счёт КФ ОДО в порядке субсидиарной ответственности в пользу заказчика взыскано 21.552.769 рублей 87 копеек. Ни одна из сторон процесса вердикт оспаривать не стала, и он уже вступил в законную силу.