Распечатано с портала ЗаНоСтрой.РФ (zanostroy.ru)

/ Новости / 2016 / 09 / 22 /
Опубликовано: 22 сентября 2016 в 13:08
4    2186

Господа чиновники, не мешайте работать! Так говорил великий российский учёный Филипп Рутберг…

ОТ РЕДАКЦИИ. В последнее время Минстрой России усиленно взялся решать проблемы с твёрдыми бытовыми отходами. Но проблемы ТБО нет, есть проблема коррупции с её откатами и откровенным воровством. В этом был уверен всемирно известный российский электрофизик Филипп Рутберг, которому сегодня, 22 сентября, исполнилось бы 85 лет…

К юбилею великого учёного главный редактор ЗаНоСтрой.РФ Сергей Рогожук решил предложить читателям нашего портала интервью, которое было взято у Филиппа Григорьевича ещё пять лет назад. Однако своей актуальности беседа журналиста и учёного не потеряла и по сей день.

***

Знаменитого на весь мир российского электрофизика Филиппа Рутберга, как и многие люди в нашей стране, я видел только по телевизору. В последний раз – во время вручения ему Президентом Дмитрием Медведевым международной премии «Глобальная энергия» за 2011 год. И вдруг предложение – Филипп Григорьевич в Москве, есть возможность взять у него интервью!

Несмотря на то, что наша беседа проходила в студенческом кафе Международного института энергетической политики и сопровождалась несмолкаемым гулом, в котором с трудом можно было услышать друг друга, сорок минут разговора с академиком, директором Санкт-Петербургского института проблем электрофизики и электроэнергетики РАН пролетели совсем незаметно. Естественно, интервью не могло не начаться с поздравлений. И кроме международной премии за фундаментальные исследования, разработку и создание энергетических плазменных систем, есть ещё один серьёзный повод – недавно всемирно известный учёный отметил своё 80-летие.

Требуются наследники

Филипп Григорьевич, позвольте поздравить Вас от имени всего коллектива нашего журнала (публикация готовилась для журнала «Энергополис» – ред.) и его многочисленных читателей не только с заслуженной наградой, но и с прошедшим юбилеем. От всей души хочется пожелать Вам крепчайшего здоровья и всегда оставаться таким энергичным человеком, каким знают Вас очень многие люди во всём мире.

– Спасибо за поздравления. Хотя юбилеям радоваться уже не приходится. Пока в форме и могу работать я должен думать о будущем, о наследниках. У меня очень хорошие ребята, но они молоды. Потребуется несколько лет, чтобы они стали докторами науки, тогда я смогу передать им эстафету и быть спокойным.

– К слову, о будущем. Вы словно шагнули в него с Вашим открытием, которое специалисты сразу отнесли к ВИЭ.

– Да, сейчас модно говорить о возобновляемых источниках энергии, хотя ещё три года назад предполагалось, что ВИЭ только через 10 – 20 лет смогут занять примерно 5 процентов в мировой энергетике, а в последнее время прогнозы резко пересмотрены. Теперь считают, что в период от 7 до 10 лет они займут до 20 процентов. Это колоссальные цифры. Особенно серьёзно к этой теме подходят в США. Я, кстати, буду говорить об этом сегодня в лекции перед церемонией награждения победителей VIII общероссийского конкурса «Энергия молодости».

По заключению консультативного совета при Президенте по науке, по мнению Министерства энергетики и главных специалистов, возобновляемые источники энергии уже через 5 – 7 лет будут занимать 20 процентов в энергетике США. И произойдёт это именно за счёт того, чем мы сейчас занимаемся.

Наш метод позволяет, грубо говоря, получать энергию из чего угодно, из любого вещества, содержащего органику, в частности из быстрорастущих сортов деревьев, которых огромное количество. Кроме этого, можно использовать отходы сельского хозяйства, промышленности и муниципальные отходы.

Непобедимые откаты

Понятно, что внедрение этой технологии потребует немалых капитальных затрат. Кстати, Вы говорили о том, что в деле отчистки мирового океана от пластикового мусора надо консолидировать усилия США, Японии и России. Но в своё время предлагалось очищать водные просторы Земли от тех же нефтяных пятен при помощи торфа. Как мне кажется, это дело не очень сильно продвинулось вперёд.

– Это не совсем так. Сейчас, например, значительную часть нефтяных пятен в мировом океане именно с помощью торфа и собирают. Есть плавающие системы, которые такие пятна впитывают. Проблема состоит в том, что с ними потом делать. А вот это уже наш вопрос. А если говорить о пластиках, то торфом их не соберёшь. Это твёрдая фаза, твёрдое вещество. Под влиянием волн и ультрафиолета пластик дробится до мелких фракций.

В тех же США разработали системы, типа кита. Как вы хорошо знаете, кит процеживает воду, а мелочь остаётся. В мировом океане образовались целые острова пластика, причём довольно высокой плотности, в Атлантике, в Тихом океане и даже на Средиземном море. А это губит флору и фауну, их погибло, как считают специалисты, за последние 20 лет 80 процентов.

Наши установки можно поместить на кораблях, плазменным методом переработать собранный пластик и получить синтез-газ. Это гораздо эффективнее многих других методов, а главное – дешевле. Весь собранный пластик можно преобразовать в электричество и тепло с помощью брошенных кабелей, если корабль находится недалеко от берега. А если далеко, то необходимо иметь установки, с помощью которых можно получать жидкие топливные спирты, а затем их транспортировать на сушу.

Если это так выгодно, то, казалось бы, не надо жалеть никаких средств для развития таких технологий. Но в нашей стране почему-то безумное количество денег направляется на непонятные проекты, и это всё, к сожалению, куда-то пропадает…

– Что тут скрывать, львиная доля средств идёт на откаты. О них уже открыто говорят на всех уровнях. Лично моё мнение: пусть берут, лишь бы не мешали.

Приведу конкретный пример. Нам нужны сложнейшие приборы. Каждый стоит около 100 – 200 тысяч долларов. Мы зарабатываем эти деньги, но нам нужно перевести их в прибыль, так как мы государственное учреждение, заплатить налог и только после этого покупать. Кроме этого, нам надо проходить тендеры. Всё это затягивает время. Много уходит его и на прохождение таможни. А это два-три месяца, в лучшем случае. В итоге, если покупаешь через посредника, то получается в 2,5 раза дороже. В США всё приобретается мгновенно. Там на это тратят максимум пару дней. Более того, у нас я должен поставить оборудование на баланс и платить налоги. В Израиле, Голландии, Финляндии и других странах предприятия, которые вкладывают деньги в новое оборудование и исследования, освобождается от налогов. Кроме того, в Израиле и Голландии доплачивают при этом примерно столько же. Поэтому у них и движется все быстро.

Нам надо убирать чиновничью опеку и коррупцию. У нас несправедливо распределяются гранды, назначаются неквалифицированные чиновники на административные должности. Так нельзя. Сейчас век специалистов. Нам надо поднять престиж производящих специальностей. Нужны инженеры, учёные. Хорошие чиновники тоже ценны, но их должно быть меньше, и они должны быть эффективными.

Другая причина заключается в том, что любое новое дело на начальном этапе движется медленно. Меня спрашивали, когда будет применяться ваша технология? Я отвечал, что не раньше, чем лет через десять. Но ошибся, она уже пошла. Правда, пошла в США. Там создают большое количество компаний, строят много установок. А в Японии такие установки уже построены и несколько городов с населением 20 – 30 тысяч электричеством обеспечивают.

Конечно, можно порадоваться за граждан США и Японии. А у нас-то как дела обстоят в этом направлении?

– У нас привыкли больше воровать, чем вкладывать. Про откаты я уже
говорил. И мог бы ещё многое рассказать на эту тему, но боюсь, что это будут сплошь нецензурные вещи. Поэтому отвечу на ваш вопрос коротко. Такие технологии, как наши, должно поддерживать государство.

Для этого нужно, чтобы то же природоохранное законодательство заработало в полную силу. У нас же дешевле свести мусор в лес и свалить, получив при этом бюджетное финансирование на переработку. Ещё страшнее, когда мусор начинают сжигать. Мало того, что это неэффективная переработка с энергетической точки зрения, так, что самое главное, это ещё и выброс вредных веществ в атмосферу.

Когда я смотрел по телевидению репортаж о Вашем награждении, мне показалось, Вы что-то хотели сказать Дмитрию Медведеву…

– Да, мы беседовали с Президентом, и я ему говорил обо всех наших проблемах. И, конечно же, об идее очистки мирового океана, которая, кстати, принадлежит Евгению Павловичу Велихову. Понятно, что это крупнейший международный проект, и никто нас одних туда не пустит. Нам надо делать то, в чём мы сильны. У нас есть реакторы, плазматроны и идеология. И мы можем сделать все головные образцы. Благодаря Президенту первую установку в России мы будем делать по Сколковской программе.

Лицом – к науке!

Конечно, прогнозы – дело не благодарное. И всё же, каким Вы видите будущее российской энергетики?

– До последнего времени у нас считали, что нам ни о чем думать не надо, так как есть нефть и уголь. Но это неправильная точка зрения. Да, нефть и газ есть, но они становятся всё дороже. И это не бесконечно. Уже, я думаю, через пару лет начнётся спад добычи. Хорошо, что сейчас точка зрения начинает меняться.

Что касается мусора, всё равно с ним надо что-то делать. Чем зарывать его в землю или жечь, загрязнять природу, гробить собственное население, лучше его переработать нашими технологиями, получить синтез-газ, а в конечном итоге – энергию или жидкое топливо.

И если мы ввяжемся в крупный международный проект, как например, очистка мирового океана, то всё сдвинется значительно быстрее в этом направлении и у нас. Нам поступает масса предложений: от крупных американских заводов, есть предложения из Европы, китайцы нас буквально пасут. Но то, что китайцам передашь – передаёшь один раз. Мы это знаем. С американцами мы работаем, у нас много совместных работ, которые мы имеем право использовать как в Америке, так и у нас бесплатно. У них есть вещи, которые у нас не производят: системы очистки, различные насосы, теплообменники, самое главное – энергетический блок. Все это выпускает их промышленность. Сердце – плазмохимические реакторы, плазматроны – это есть у нас.

А почему наша российская промышленность это не производит?

– Пока не производит. Но это возможно производить на наших предприятиях. Для этого нужны деньги. Все знают, какая у нас трагическая ситуация в энергетике: 60 процентов энергетических мощностей выработали свой ресурс, сетевые системы на 70 процентов устарели. Об этом говорят давно. Но одно дело говорить, другое – предпринимать.

В Советском Союзе у генераторов было 8 крупных заводов. Остался один – это мой родной питерский завод «Электросила». Да, ввели на Саяно-Шушенской новую турбину. Но одну за год – это мало. Необходимо вкладывать деньги в развитие заводов. И если мы не хотим превратиться в сырьевой придаток, на эти вопросы надо обратить самое пристальное внимание.

Мы в своё время сделали генераторы с маховиками. Мы их сделали первыми, раньше компании Сименс, сделали четыре штуки. Сейчас они ещё стоят в Троицке для специальных исследований. Но они пойдут, вроде того же смарт грит, для покрытия пиковых мощностей, чтобы предотвращать аварии.

Есть такой анекдот. Посещает японец наш завод микроэлектроники и всё повторяет: «Хорошо, хорошо». Его спрашивают: «Вам понравилось?». «Да, – говорит он, – я думал, вы отстали на 20 лет, а вы отстали навсегда».

Однако есть ряд направлений, скажу без лишней скромности, в том числе и наше, где мы ещё пока на уровне. Есть направления, где мы не очень отстали. Но в это надо вкладываться, потому что жить на сырье долго не получится. Понимаю, что это сложно сделать, особенно при нашей бюрократии. Но если с этим не справиться, то ничего не будет. Надо повернуться лицом к науке и промышленности. 94-й закон, который сковывает всё, необходимо отменять. Разговоры о том, что есть фундаментальная наука, а есть прикладная наука – это полная чушь. Есть только наука. Любая хорошая фундаментальная наука заканчивается прикладными вещами и двигает всё остальное.

Чтобы тело и душа…

– Филипп Григорьевич, понимаю, что время нас поджимает, о многом хотелось ещё спросить. Но в заключении задам вопрос, не относящийся к теме сегодняшней беседы. Как Вам удается сохранять такую прекрасную физическую форму?

– В молодости я много занимался спортом. Плавал по первому разряду. Занимался греблей. Но самые большие успехи достиг в боксе, выполнив норматив мастера спорта СССР. Между прочим, боксировал во втором среднем весе, начинал вместе Геной Шатковым, который впоследствии стал легендарным боксёром. Теперь, конечно, осталась зарядка, но она занимает у меня каждый день минут сорок. А ещё я хожу по субботам с лыжными палками (так называемый норвежский шаг) километров по десять…
 
ОТ РЕДАКЦИИ. А 12 апреля 2015 года великого российского учёного Филиппа Рутберга не стало…

Ваш ЗаНоСтрой.РФ


Войдите, чтобы оставить комментарий.
Что Вы думаете о судьбе законопроекта по частичной оплате ЧВ Нацобъединениям за счёт доходов от размещения КФ?
Последние комментарии